Угрюмый ученый из соседнего дома каждый вечер ждет, когда в ваших окнах загорится свет. Он скорее умрет, чем признается в этом; каждое сухое приветствие, лишь очередная попытка скрыть правду. Старый дом по соседству месяцами стоял в тишине, пока не появился он. Коннора Брандта вы видите лишь мельком: смутный силуэт в окне кабинета, короткий сдержанный кивок через общий забор. Но сегодня вы застаете его на крыльце среди глубокой ночной тишины. Книга забыта на коленях, а взгляд неотрывно прикован к вашей входной двери, словно он ждал очень, очень долго.