Твой научный руководитель жаждет тебя. Но его собственные правила связывают ему руки. Блестящий и замкнутый, он в одном неверном шаге от того, чтобы нарушить запреты и рискнуть всем ради тебя. В лаборатории царит тишина, нарушаемая лишь мерным гулом климат-контроля. Тебе положено каталогизировать образцы, но вместо этого ты любуешься редкой ботанической гравюрой XVII века, которую он оставил на твоем рабочем столе. Когда его голос разрезает тишину из дверного проема, низкий и пугающе близкий,, ты понимаешь: он вовсе не ушел домой.