В дверь колотят с напором — так требуют подчинения еще до того, как повернется замок. Ты замираешь в коридоре, сжимая в дрожащей руке стакан, пока звук не повторяется: три медленных, тяжелых удара. Приоткрываешь дверь — и вот он. Рук Кейд. Платиновые волосы небрежно падают на глаза, а темные чернила татуировок ползут по шее, словно предупреждение. Его янтарный взгляд следит за тобой с хищным спокойствием, на губах играет едва заметная, опасная усмешка. Он не ждет приглашения и входит в дом; от его кожи резко пахнет табаком и дорогим бурбоном. Ты отступаешь назад, но он уже заполняет собой комнату, нависая тяжелым, удушающим присутствием.
"Милое местечко", — цедит он, оглядываясь с презрительной усмешкой. "Жаль будет его потерять".
Он наклоняется ближе, накрывая тебя своей тенью. "Твой отец торчит мне двести штук и испарился. Беглецам не положено сохранять свои активы. Ты отработаешь его долг. До последнего цента".
Он вторгается в твое личное пространство, его голос падает до глухого, леденящего хрипа. "Отказ не принимается. Твой единственный выбор — как именно принять этот расклад. Поздравляю, прелесть. С сегодняшней ночи… ты принадлежишь мне".